gennadysmagin

Categories:

А. Кравецкий против Энгельса

Видится, немногие понимают, насколько немощны попытки Кравецкого (lex_kravetski) оспаривать Энгельса, и заметка не стоила бы того, если бы не было интересно самому прогуляться размышлением по аргументации в духе позитивистского мракобесия, и не менее интересно перечитать соответствующие места «Анти-Дюринга» и «Диалектики природы».

Пришлось пройтись по блогу оппонента, что само по себе занятие не из легких, в обилии там наивной социальной теории. Так, представления о демократии и идеи «прямой демократии» отстают даже от идей Дюринга, тут водить за нос Кравецкий может разве что себя и тех, кто мало что на тему изучал. Впрочем, за рамками эпитетов останавливаться на данной теме не будем, рассмотрим только выкрики в адрес одного из авторов диалектического материализма.

Первое, что попадается, набор неприятия «Анти-Дюринга», где Кравецкий сокрушается:

Кто же, подобно Дюрингу, способен говорить о «тяготеющих атомах»? Теперь мы, наконец-то, знаем ответ: видимо, тот, кто не прогуливал физику в школе

Видимо еще и тот, кто читал «Диалектику природы», выискивая фигу. Алексей поленился подумать хоть сколько-то. Данное место книги посвящено беглой оценке эмпирических знаний Дюринга, его кругозору, и в действительности, сегодня, когда трудов Дюринга не сохранилось, сложно сказать в точности, что за «тяготеющие атомы» имели место у Дюринга. Но зато можно доподлинно точно судить и о взгляде, и о кругозоре самого Энгельса на атомарную структуру вещества по настоящей книге, и имея на то полное основание противопоставить это взгляду Дюринга. Ну и потом, атом был и остается химическим элементом, атомная физика рассматривает не химию атомов, а их внутреннюю природу. В этом чтении можно понять замечание Энгельса.

Следующее, что нам встретится, было озвучено и в недавнем видео (о котором предыдущий материал), пассаж «Энгельс и школьная физика». Крайне сложно сделать замечание, но только потому, что сказанное Энгельсом само по себе исчерпывающе. Кравецкий же, как и в устных дебатах, приводит сокрушительную критику, сокрушаясь на тему того, что центростремительная сила направлена в центр, и Энгельс не догадался до элементарного:

На дворе стояло что-то около 1875-го года. Со времён открытия Ньютоном законов классической механики прошло почти 200 лет. Но хуле, мы ж философы, а не физики, поэтому можно на полном серьёзе нести вот такую вот херню, и ей же «доказывать» свою мега-теорию

Для начала, ремарка. Надо понимать, что законы механики Ньютона — эмпирические, с одной стороны, не имеют логического значения (критически разработанных общих категорий и законов), с другой стороны, не объясняют физическую природу такого поведения тел. Они возведены в аксиоматику, описывая наблюдаемые закономерности движения тел. То есть, проходят лишь критерий «веры по Попперу». И наоборот, согласно методологии диалектического материализма, и это одно из основополагающих значений диамата, научный закон есть отражение объективной необходимости движения  (синонимично, основной противоположности) в каждом случае, то есть, понимание природы явления. Эта черта диалектики ускользает от легиона сторонников так называемого «научного метода», для которых закон сводится к наблюдению, статистике, описанию опыта и так далее.

Далее, по существу. Энгельс механику Ньютона (и ее описательный характер) прекрасно знает, что следует уже из взятых Кравецким на вооружение цитат. Цель же Энгельса в исследовании общих законов движения, т.е. сущности всякого движения, лишь примером чему выступает случай с тангенциальным движением планеты вокруг звезды. И отсюда следует понимание смысла замечания, сделанного Энгельсом, оно об эмпирической мистификации причин движения по касательной. В рассуждении Энгельса сталкиваются общее понимание механического движения, и положений, которыми физика грешила и грешит по сей день, положений, вроде констант, «энергии», «силы», «работы», имманентных свойств, и т.д. — одним словом, внешнего «творца» по отношению к данному движению.

Проще говоря, Энгельс объясняет, что притяжение и отталкивание есть две стороны движения: не принесенное извне дополнение к силе тяжести, притяжения, и не отдельная фаза по отношению к притяжению. К сожалению своей аудитории Кравецкий не исследует основополагающие мысли, идеи книги или главы, а ищет удобные для себя эмпирические факты, даже не столько факты, сколько их часть, участок. Он не увидел, что приведенными кусками работы мысль не исчерпывается, Энгельс и до этого, и далее разъясняет в цельности эту ключевую идею, разжевывает и доказывает притяжение и отталкивание как основные формы движения в механике, химии, электричестве. Критика Энгельса — блестящая, показывает его мастером философии и опережает время, поскольку и сегодня мы встречаем сонм мистификации физической эмпирии. Увы, многое Энгельс не успел закончить, такие труды по очистке наук марксистам еще предстоит создавать.

Близорукость нашего критикана хорошо видна по его противопоставлению «Материализма и эмпириокритицизма» В. Ленина — диалектике. Это можно объяснить исключительно «фактологической» зашоренностью ума. Он, видите ли, «нашёл только одну ошибку». Не будем подробно останавливаться, и можете не смотреть в скудный источник «критического анализа» Кравецкого — речь, конечно, об эфире. Разумеется, суждения о материи, пространстве и времени Ленина при этом не являются ошибкой, в глазах Кравецкого, и соотнести их с бесконечностью материи (= эфиром) он уже не сможет. Таков удел эмпириков, метафизиков, природа в глазах которых не имеет общих законов, а представляет собой разрозненный калейдоскоп, где на одном конце света могут действовать одни законы, на другом — другие. Точно так же и понимание Лениным Энгельса, которого он приводит как учителя и виртуоза своего дела — уживается в черепном пространстве Кравецкого отдельно от скепсиса в отношении Энгельса же. Впрочем, не переживайте, продираясь через дебри мышления врагов философии перестаешь чему-либо удивляться.

Следующая яростная атака Дон Кихота относится к диалектике математики. Конечно, нельзя однозначно оценить подход Алексея по выражению, но это характерное и уже встречалось нам ранее, он говорит: «давайте разберём несколько абзацев из «Анти-Дюринга» Энгельса». На деле, исследование не должно исчерпываться даже «Анти-Дюрингом», это та работа, которая может и должна увлечь пытливый ум на долгие годы — к азам, и на всю жизнь к самообразованию, к развитию своего ума на удивительном поприще научного мировоззрения. Неудивительно, что Ленин оценивал некоторые положения Энгельса как упрощение (например, в «Философских тетрадях»), но не в ключе нападок — он прекрасно понимал причины и необходимость такого изложения — а в ключе глубины и сложности диалектики. Наше видение относительно, это касается и моментов движения, и любой пример диалектики есть в той или иной степени схематичное отражение.

Кравецкий же заходит с другой стороны, он берет упрощение за диалектику, форму выдает за содержание. Начинает мухлевать с цифрами, запутывая сам себя, поскольку мысль не уловил. Смысл примера не в том, чтобы попытаться любой конструкцией изобразить переход из одного качества в другое, а в том, чтобы проиллюстрировать фактическое движение одного качества в другое. Математика в данном случае является простой абстрактной формальностью — количественными отношениями. Однако, как в этой же работе Энгельс опять-таки блестяще отмечает, математика не лишена своих качеств, что нужно учитывать. В этом смысле «степень» и «отрицание по знаку» есть качества в рамках математики, выражаемые друг через друга тем образом, каким это привел Энгельс. Кравецкий же, как и Поппер до него (и некто Р. Голобиани, помнится, с этим же выкрутасом отметился), переворачивает дело с ног на голову, хватаясь за возню с математической формой в ее количественной обезличенности. Проблема у всех одна: коренное непонимание философии, ее аппарата и диалектики, разумеется. Это же касается придирки к дифференцированию — будто Энгельс не понимает, что у «ничто» нет отношений, говоря, что «исчезающе малое» есть специфическое качество дифференциала к бесконечности.

Как в том самом недавнем видео Кравецкий излагает, по его же выражению, «диалектику за 2 минуты», говоря, что мозг наблюдает множество подобных объектов — не понимает, что мозг не видит ни «множества», ни «подобия», ни «объектов» как таковых, как и наоборот, любое представляемое явление автоматически содержит в себе всеобщее. И все это категории философии, которыми сознание наделено априорно, которыми сознание, собственно, и определено — это базовые формы сознания с момента его возникновения. Что Гегель не втемяшит в голову разве что слишком ленивому, делая это снова и снова. И разбирать невежество Кравецкого можно долго — человек просто не понимает, с чем имеет дело, смотрит в книги, видит фигу. Вполне искренне ему и другим непонимающим советую вдумчиво изучать «Науки логики», а если тяжело, то начать с «Лекций по истории философии» Гегеля, с целью понять хотя бы предмет философии в развитии от истоков.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded